Тогда для меня начался период сомнений

Я все больше стал вкушать от древа познания и утратил рай веры».

Скворцов-Степанов приводит все новые и новые факты, он использует и библейские рассказы, которые рисуют религиозную нравственность, он показывает, что это — дикарская, торгашеская, эксплуататорская, но не человеческая нравственность.

Заканчивая эти рассказы, он вспоминает, как Маркс писал, что «церковь скорее простит отрицание девяти десятых своих вероучений, чем нападение на одну десятую своих доходов» 3. Он показывает, как и русская церковь издревле «становилась на ту сторону, где была сила, если только эта сила делилась с нею доходами от угнетения». Он показывает, как в крепостное время церковь была помещиком, а при капитализме сделалась капиталистом. Описывая поповскую жадность, Скворцов-Степанов писал: «Засухи и потопы, голод и мор, пожары и войны, победы и поражения, убийства и грабежи, — все они умеют обращать на пользу себе.

Благодарственное молебствие за удачу и урожай, моление о прекращении засухи или заразы, панихиды по скончавшимся и убиенным, то, что они называют телом и кровью своего бога, — все они превратили в товар, в источник дохода».

 
 

Поделитесь с друзьями!